суббота, 6 февраля 2016 г.

Третий собеседник






Перемещается пространство
неярких улиц и проулков,
округлых тихих подворотен,
дверей, закрытых на засов.
Углы, мосты и повороты
чеканят ровный шаг прогулки,
и сняты стрелки с циферблата
ненужных уличных часов.

Как он умеет быть безмолвным,
лукавый третий собеседник —
все понимает с полуслова
и улыбается слегка,
и неизменно ускользая,
эпохи сказочной наследник,
лампаду памяти возносит,
как тонкий шпиль,
под облака.

И фонари горят, как свечи,
в его дому, в его печали,
где потускневшие обои,
где пыль и мусор по углам,
но где над зубовской гравюрой
звезда вечерняя встречает
того, кто встанет у порога,
не зная бед,
не помня зла.

Безмолвный третий собеседник
страницы ломкие листает,
приставив старую стремянку
к ушедшим в небо стеллажам.
На мудрецов не уповая,
одну строку припоминает
несотворенного сонета,
где оживет его душа.

Лукавый третий собеседник
в беседу слова не вставляет,
и только биться заставляет
два юных сердца горячо.
За рамой зубовской гравюры
рассвет неведомый сияет
и золотые эполеты
кладет, как руку,
на плечо.
1988









А. Ф. Зубов. Панорама Петербурга. 1716

Комментариев нет:

Отправить комментарий